⏱ 11 минут чтения

Автор: Погорелова Татьяна, технический специалист по птице

Влияние микотоксинов на продуктивность яичной птицы

Микотоксикозы — неконтагиозные заболевания, которые яичная несушка тащит на себе тише всех других видов сельхозживотных: яркой клиники может не быть, а яйценоскость, скорлупа и выводимость уже просели. Разбираем, какие токсины бьют по несушке, что показывает лаборатория, и как выстроить защиту, которая работает в реальном цеху, а не на бумаге.

Почему именно несушка особенно уязвима

Проблема микотоксикозов в современном птицеводстве — одна из самых сложных по двум причинам, которые часто упускают.

Первая: основу рациона несушки составляют зерно и кукуруза — то есть сырьё, которое и есть основной субстрат для плесневых грибов. У КРС часть рациона можно сбалансировать сеном и сенажом, у свиней — корнеплодами; у птицы такой возможности нет, зерновая база безальтернативна.

Вторая: поголовье птицы в крупных хозяйствах исчисляется сотнями тысяч, и любая ошибка в партии корма разворачивается одномоментно на всё стадо. Высокопродуктивные кроссы при этом физиологически натянуты до предела — у них нет запаса прочности, который был у старых пород.

На практике это означает простую вещь: явной клинической картины может не быть совсем, а яйценоскость уже на 3–5% ниже плана, скорлупа тоньше, выводимость в репродукторе просела. Деньги уходят, источник не очевиден, и до диагноза «полимикотоксикоз» проходит не одна неделя.

Подробнее о других проблемах рациона несушки — в нашем разделе продукты для птицы.

Где и когда образуются: поле или склад

Идентифицировано более 400 микотоксинов от примерно 350 видов плесневых грибов. Все они по моменту образования делятся на две группы:

Полевые

Образуются ещё на колосе и початке, до уборки. К ним относятся фумонизины, зеараленон (ZEN), трихотецены (DON, Т-2, HT-2, NIV, DAS). Условия запуска — стресс растения: засуха, переувлажнение, повреждение насекомыми, нарушение севооборота. Этих токсинов хранение уже не добавит, но и не уберёт — что зашло с зерном на склад, с зерном и выйдет.

Складские

Накапливаются при нарушении режима хранения: повышенная влажность зерна, конденсат на стенах, плохая вентиляция, длительное хранение в тёплый сезон. Сюда относятся афлатоксины и охратоксин А (OTA). При входном контроле зерно может быть чистым, а через два месяца хранения — уже нет.

Старый тезис «95% микотоксинов образуются в поле» — некорректное обобщение. На практике соотношение полевых и складских — примерно 50/50, и оно меняется год к году в зависимости от климата и условий хранения. Это значит, что входной контроль сырья закрывает только половину задачи; вторая половина — режим склада. .

Заметная доля DON — по разным оценкам 10–30%, в отдельных партиях больше — присутствует в связанной форме DON-3-глюкозида. Эту фракцию не видит стандартный ИФА: лаборатория показывает «в пределах МДУ», а по факту общая токсическая нагрузка вдвое выше отчётной.

Что важно понимать про их физико-химические свойства

Микотоксины — низкомолекулярные, химически стабильные соединения. Они спокойно переживают типовые режимы кормопереработки: гранулирование при 75–90 °C, экструзию при 120–140 °C. Полное термическое разложение требует 250–350 °C — таких температур в реальном цеху нет.

В кормах они хранятся годами без потери активности. При этом микотоксины действуют кумулятивно (накапливаются в тканях), синергично (взаимно усиливаются) и иммуносупрессивно (открывают ворота для вторичной инфекции). Именно поэтому единого универсального метода борьбы не существует: разные токсины различаются по полярности и размеру молекулы, что критично для выбора адсорбента (см. ниже).

Шесть микотоксинов, которые бьют по несушке

На практике в кормах одновременно присутствуют несколько микотоксинов, и клиническая картина — это сумма их эффектов. Но у каждого есть своя «мишень» — орган или система, по которой он бьёт первым. Зоотехнику полезно держать эту карту в голове.

Отдельная маркерная клиника по яйцу — мясные и кровяные пятна, сгущение желтка, истончение и пятнистость скорлупы. Эти признаки дают AFB1, OTA, Т-2, ZEN и алкалоиды спорыньи. Если по стаду пошёл «мраморный» брак, первая гипотеза — микотоксикоз, а не «низкий кальций».

Три клинические формы микотоксикоза

На ферме встречаются три варианта течения, и их полезно различать — от формы зависит, что искать в лаборатории и что делать с поголовьем.

Острая форма

Разовое поступление токсина в высокой дозе — обычно при попадании в кормоцех заплесневевшей партии сырья. Картина яркая: резкое падение потребления корма, диарея, падёж в течение 1–3 суток. На вскрытии — выраженные поражения печени и почек. Встречается реже, чем хочется — крупные предприятия с входным контролем такую партию обычно отлавливают.

Хроническая форма

Средние и низкие концентрации, поступающие неделями. Картина смазана: птица ест, но хуже плана; яйценоскость на 3–7% ниже норматива; растёт неоднородность стада; конверсия плывёт. На вскрытии — гепатоз, бледность печени, изменения в почках. Лабораторно — концентрации каждого микотоксина в пределах МДУ, но их сумма уже бьёт.

Субклиническая форма

Длительное поступление микродоз. Клиники нет вовсе. Что есть — иммуносупрессия: птица хуже реагирует на вакцины, чаще держит вторичные инфекции (колибактериоз, респираторные), вспышки переносит дольше. Этот вариант самый коварный, потому что причинно-следственная связь с микотоксинами обнаруживается только при системном анализе кормов за несколько месяцев.

Лабораторная диагностика: что реально определяется

В России для скрининга кормов и сырья применяются два основных метода:

ИФА (иммуноферментный анализ)

Быстрый, относительно дешёвый, удобен для рутинного входного контроля. Определяет порядка 14 микотоксинов: Т-2 токсин, зеараленон, афлатоксины В1, В2, G1, G2 и М1, фумонизины В1 и В2, охратоксин А, патулин, стеригматоцистин, роридин А, дезоксиниваленол, вомитоксин. Ограничение — низкая чувствительность к маскированным формам (DON-3-глюкозид, ZEN-14-glucoside), так что «в пределах МДУ» по ИФА не означает «безопасно».

ВЭЖХ и LC-MS/MS

Классическая ВЭЖХ работает по тому же набору, что и ИФА, но точнее. Современный стандарт — multi-mycotoxin LC-MS/MS: один прогон определяет 30+ микотоксинов и их метаболитов одновременно, включая маскированные формы. Дороже, но даёт реальную картину контаминации, а не «верхушку айсберга».

Отбор пробы — ключевое место

Микотоксины распределены в партии зерна неравномерно: один-два мешка из тысячи могут быть «горячими», остальные чистыми. Поэтому проба должна быть составной — 5–10 точек из разных зон вагона/силоса, объединённая навеска, тщательно усреднённая. Иначе анализ покажет, что вы хотели увидеть, а не что в корме на самом деле.

Почему лечения уже отравленного стада нет

Регулярный вопрос с ферм: «нашли DON, чем пропоить». Короткий ответ — никаким специфическим препаратом. Длинный — ниже.

Микотоксины действуют кумулятивно: повреждения тканей печени и почек накапливаются и часто необратимы. Когда клиника проявилась, орган уже изменён морфологически — гепатоциты в части долек заместились фиброзной тканью, канальцы почек повреждены. Это нельзя «откатить» курсом гепатопротекторов.

Второй фактор — синергизм. Даже если в корме все микотоксины в пределах МДУ по отдельности, их совместный эффект на клетку выше арифметической суммы. Поэтому формальное «соответствие требованиям» по входному контролю не гарантирует безопасности рациона.

Третий — постоянное образование новых токсичных производных при хранении уже законтаминированных кормов. То есть даже остановив поступление новой партии, вы не остановили поступление токсинов в организм птицы из той, что уже на складе.

Вывод: единственная рабочая стратегия — не лечить, а не допускать. Для поддержки печени и кишечника в составе общей реабилитационной схемы можно использовать добавки для здоровья ЖКТ и антиоксиданты, но это вспомогательная история, а не лечение.

Профилактика: четыре уровня защиты

Рабочая схема выстраивается не одним продуктом, а системно — четырьмя уровнями, каждый закрывает свою часть задачи.

Уровень 1. Входной контроль сырья

Каждая партия зерна — составная проба, лабораторный анализ, паспорт партии с фиксацией остаточного количества микотоксинов. Сомнительные партии отбраковываются на въезде, а не уходят в смешение «авось разбавится».

Уровень 2. Условия хранения

Влажность зерна ≤14%, контроль температуры в силосах, вентиляция, исключение конденсата. На этом этапе чаще всего теряют качество — зерно пришло чистым, а через два месяца показывает афлатоксин и охратоксин А.

Уровень 3. Адсорбенты микотоксинов

Постоянный ввод адсорбента в корм. Метод основан на физическом связывании молекулы токсина адсорбентом в просвете ЖКТ, прежде чем токсин всосётся в кровь. Полярные токсины (афлатоксины, алкалоиды спорыньи, фумонизины) хорошо связываются минеральными адсорбентами; неполярные (DON, ZEN, T-2) — только модифицированными или комбинированными продуктами. Категорию целиком см. в разделе адсорбенты микотоксинов для птицы — в линейке доступны Миназель, Миназель Плюс и Mycoraid.

Уровень 4. Биотрансформация

Часть неполярных токсинов — Т-2, зеараленон, DON — эффективно обезвреживается не за счёт адсорбции, а за счёт ферментативной или микробной биотрансформации в молекулу без токсических свойств. Современные комплексные продукты совмещают оба механизма: адсорбцию для полярных + биотрансформацию для неполярных.

Миназель и Миназель Плюс: что какой связывает

Среди продуктов, разработанных под задачу адсорбции широкого спектра микотоксинов, рабочее решение, которое мы рекомендуем птицеводам — линейка компании PatentCo (Сербия): Миназель и Миназель Плюс. Они разные, и выбор между ними зависит от профиля контаминации в конкретном хозяйстве.

Миназель — для полярных микотоксинов

Природный цеолит с содержанием клиноптилолита не менее 85%. Минерал с калиброванным размером пор около 4 ангстрем — этого достаточно для связывания небольших полярных молекул, но недостаточно для крупных неполярных. За счёт такой избирательности продукт не связывает витамины, аминокислоты и микроэлементы корма — это его принципиальное отличие от неспецифичных сорбентов.

Показатели адсорбции по производителю: афлатоксин В1 — 99%, алкалоиды спорыньи — 96%; ограниченно работает по неполярным — зеараленон 33%, охратоксин А 40%. Дополнительно связывает аммиак, тяжёлые металлы (Pb, Cd, Ni, Hg), радионуклиды (Cs-134, Cs-137), эндотоксины, биогенные амины. Технологически — снижает слёживаемость кормов .

Миназель Плюс — для полного спектра

Органоминерал, произведённый по запатентованной технологии трибохимической модификации: на поверхности минерала через ионный обмен формируются активные центры с длинноцепочечными органическими катионами. Это даёт продукту способность связывать и полярные, и неполярные/малополярные микотоксины — то есть всё, с чем обычный цеолит справляется хуже.

Показатели адсорбции по производителю: афлатоксин В1 — 99%, алкалоиды спорыньи — 96%, зеараленон — 90%, охратоксин А — 90%, фумонизины — 86%, Т-2 — 81,9%, DON — 27,15% . По полярным токсинам остаётся на уровне Миназеля, по неполярным — резкий шаг вперёд относительно немодифицированного цеолита.

Общие свойства линейки

Стабильность в pH 1–10 — продукт работает на всём протяжении ЖКТ, не разрушается в кислом отделе и не теряет ёмкость в щелочном. Высокая скорость адсорбции критична для DON и Т-2, которые быстро всасываются. Низкая десорбция означает, что связанный токсин не отщепляется обратно в просвет кишечника при изменении pH.

На птицеводческих предприятиях России и за рубежом продукты применяются многолетне; накоплен фактический опыт по молочной птице, бройлерам, родительскому стаду.

Дозировка и схема ввода

Дозировка для всех видов птицы, рекомендованная производителем, на постоянной основе:

• 1 кг/тонну комбикорма (0,1%) — при низком уровне содержания микотоксинов и для профилактики микотоксикозов;
• 2 кг/тонну комбикорма (0,2%) — при высоком уровне содержания микотоксинов или установленной полиочаговой контаминации.

Ввод — на постоянной основе, не курсами. Микотоксины присутствуют в кормах круглый год; «прокачать» стадо разовым курсом нельзя, перерыв во вводе адсорбента — это окно, в которое идёт всасывание.

Частые вопросы